Неточные совпадения
Ежечасно
побеждая уже без границ
природу, волею своею и наукой, человек тем самым ежечасно будет ощущать наслаждение столь высокое, что оно заменит ему все прежние упования наслаждений небесных.
(Общение полов в браке само по себе отнюдь не есть осквернение, но для них, как имеющих
природу девственников, оно есть осквернение, и они сознали в себе «род» свой и
победили похоть тела.)
Прияв всю полноту человечества, Он понес на Себе и всю тяжесть его смертной
природы и
победил смерть славным Своим Воскресением.
Как одолеть их, когда не
победил их теперь даже тот, который
побеждал и
природу при жизни своей, которому она подчинялась, который воскликнул: «Талифа куми», — и девица встала, «Лазарь, гряди вон», — и вышел умерший?
Страдание христианских святых было активно, а не пассивно: они бросали вызов законам
природы, они
побеждали самые сильные страдания мира, так как находили источник высшего бытия, перед которым всякое страдание ничтожно.
Natura parendo vincitur —
природу побеждает тот, кто ей повинуется; будут поняты все ее законы, и человек станет над ней неограниченным властелином.
Сами по себе многие из возбудителей, — как табак, водка, пиво, — на вкус отвратительны, действие их на непривычного человека ужасно; почему же каждый из этих возбудителей так быстро и победно распространяется из своей родины по всему миру и так легко
побеждает «естественную»
природу человека?
Человек хочет
победить объективацию, вернуть экстериоризированную, отчужденную
природу, но не достигает этого реально, экзистенциально.
Человек сознает себя принадлежащим к двум мирам,
природа его двоится, и в сознании его
побеждает то одна
природа, то другая.
В то время как в официальной философии с Декарта торжествовало механическое понимание
природы и не смогли философы, за редкими исключениями,
победить призрак мертвого механизма
природы, для мистической философии
природа всегда оставалась живой, живым организмом.
Но мы видим, что Катерина — не убила в себе человеческую
природу и что она находится только внешним образом, по положению своему, под гнетом самодурной жизни; внутренно же, сердцем и смыслом, сознает всю ее нелепость, которая теперь еще увеличивается тем, что Дикие и Кабановы, встречая себе противоречие и не будучи в силах
победить его, но желая поставить на своем, прямо объявляют себя против логики, то есть ставя себя дураками перед большинством людей.
В порядке
природы господствует детерминизм и безличность, в нем неуловима победа смысла, в порядке же духовном господствует свобода, и все основано на личности и личных отношениях, в нем
побеждает смысл.
«
Побеждая повсюду и во всю жизнь вашу врагов отечества, недоставало вам еще одного рода славы: преодолеть самую
природу; но вы и над нею одержали ныне верх. Поразив еще раз злодеев веры, попрали вместе с ними козни сообщников их злобою и завистью против вас вооруженных. Ныне, награждая вас по мере признательности моей и ставя на высшую степень чести, за геройство предоставленную, уверен, что возвожу на оную знаменитейшего полководца сего и других времен».
В этой иллюзии держит человека Аполлон. Он — бог «обманчивого» реального мира. Околдованный чарами солнечного бога, человек видит в жизни радость, гармонию, красоту, не чувствует окружающих бездн и ужасов. Страдание индивидуума Аполлон
побеждает светозарным прославлением вечности явления. Скорбь вылыгается из черт
природы. Охваченный аполлоновскою иллюзией, человек слеп к скорби и страданию вселенной.
На этот раз
природа победила его твердость: слезы оросили лицо старца.
Узнал, узнал он образ позабытый
Среди душевных бурь и бурь войны,
Поцеловал он нежные ланиты —
И краски жизни им возвращены.
Она чело на грудь ему склонила,
Смущают Зару ласки Измаила,
Но сердцу как ума не соблазнить?
И как любви стыда не
победить?
Их речи — пламень! вечная пустыня
Восторгом и блаженством их полна.
Любовь для неба и земли святыня,
И только для людей порок она!
Во всей
природе дышит сладострастье;
И только люди покупают счастье!
Я нравился Жене как художник, я
победил ее сердце своим талантом, и мне страстно хотелось писать только для нее, и я мечтал о ней, как о своей маленькой королеве, которая вместе со мною будет владеть этими деревьями, полями, туманом, зарею, этою
природой, чудесной, очаровательной, но среди которой я до сих пор чувствовал себя безнадежно одиноким и ненужным.
Мне хочется думать, что боровшийся с
природой человеческий гений боролся и с физической любовью, как с врагом, и что если он и не
победил ее, то все же удалось ему опутать ее сетью иллюзий братства и любви; и для меня по крайней мере это уже не просто отправление моего животного организма, как у собаки или лягушки, а настоящая любовь, и каждое объятие бывает одухотворено чистым сердечным порывом и уважением к женщине.
Иногда обосновывают капитализм тем, что человеческая
природа зла, что насильственно этого Зла не
победить, что социализм предполагает добрую
природу.